«Ломать ракетку надо с душой»: внутренняя философия самого непредсказуемого теннисиста современности Александра Бублика
Найти в туре игрока ярче, чем Александр Бублик, почти невозможно. Его знают не только поклонники тенниса: даже люди, далекие от спорта, хотя бы раз видели подборки с его матчами — с дерзкими репликами, странными на первый взгляд поступками и нестандартными розыгрышами, которые будто идут вразрез с учебниками по теннису.
В 2024 году Бублик впервые ворвался в десятку сильнейших теннисистов мира — планка, которая многим кажется недостижимой, особенно если учесть, что с 2016 года он выступает за Казахстан и прошел очень непростой путь к вершине.
12 июля в Москве Александр стал звездным гостем теннисного турнира для состоятельных клиентов Т-Банка «Кубок T-Private». Он вышел на корт со всеми желающими, много шутил, общался и, главное, делился своим взглядом на жизнь и профессию. Его философия резко отличается от привычных для профессионального спорта штампов про «самоотдачу 24/7», «жертвы» и «страдания ради мечты».
Как всё началось: «Мне дали ракетку и сказали: играй»
История Бублика в теннисе началась почти банально: отец — тренер, ракетка в три года, корты вместо детской площадки. Но сам Александр описывает это просто и без лишнего пафоса:
«У меня всё было элементарно: в три года дали ракетку, поставили на корт и сказали: «Играй». Я играл — и у меня получалось. Сейчас общаюсь с детьми, с юниорами: все говорят — «Моя цель — такой-то номер в рейтинге, выиграть такой-то турнир». Я их спрашиваю: «Ты вообще в теннис играть умеешь?». Они отвечают: «Ну, я такой-то в рейтинге». Причём тут рейтинг?
У меня всегда один совет: «Просто играй в корт, делай правильные вещи — и, дай бог, заиграешь». Я сам никогда не думал о рейтингах, вообще не носил это в голове. Я играл, потому что надо было. А потом стало получаться — и мне понравилось».
Для Бублика важен не внешний ориентир — место в списке или количество титулов, — а сам процесс. Он последовательно подчеркивает, что навязанные цели часто мешают, а не помогают, особенно детям и юниорам.
Никаких «жертв ради спорта»: нормальное детство чемпиона
В отличие от множества историй о юных звездах, которые с детства живут между кортом и гостиничными номерами, Бублик спокойно говорит: у него было обычное, человеческое детство.
«Я никогда в жизни не убивался. У меня было прекрасное детство, жаловаться мне не на что. Тренировался по два часика в день максимум. Только в 12-14 лет, когда с отцом попали в академию, времени на корте стало чуть-чуть больше.
У меня было абсолютно нормальное детство. Да, я был вынужден перестать ходить в школу, но до девятого класса всё равно учился. Я испытал всё то, что люди испытывают в юности, в детстве. Играл в «казаки-разбойники», сидел в компьютерных клубах, пил «колу» и… параллельно поигрывал в теннис».
Такой подход идёт вразрез со стереотипом, что без жёсткого режима и тотального контроля родителей большого спорта не бывает. История Бублика показывает другой путь: можно расти и как спортсмен, и как личность, не превращаясь в «солдата корта».
«Я очень люблю жизнь, мне нравятся все её стороны. Конечно, был момент, лет в 14-16, когда меня загоняли спортом. Мне это не нравилось, я хотел гулять по Петербургу», — добавляет он.
«Я не фанатик этого спорта»: почему Бублик не готов «умирать» на корте
Во взрослом туре Бублик прославился не только подачами под руку и обводящими ударами с сумасшедшими траекториями, но и эмоциональными всплесками. Однако к себе он относится трезво и без романтизации собственных истерик:
«Я не так часто психую, просто всё это попадает в интернет. Считаю, что на корте срываюсь редко. Давайте так: сломанная ракетка — это не псих. Это нормальная реакция человека, который устал. А вот нехорошие слова — это уже психи».
При этом он не скрывает: лишние эмоции мешают ему играть — но не настолько, чтобы он начал ломать себя ради безупречного имиджа:
«Понятное дело, что это мешает. Просто меня это вообще не беспокоит. Есть слово «фанат», а есть слово «фанатик». Так вот я не фанатик этого спорта. Я играю в удовольствие — и потому что мне хорошо платят.
О каких-то результатах я задумывался, может, пару лет назад. Попробовал догнать кого-то из знакомых в титульной гонке — стало чуточку интереснее. Я довольно быстро выполнил свои финансовые цели, а потом мне стал интересен результат. Но убиваться ради него я не буду.
Поменять себя ради фантомного шанса когда-то где-то что-то выиграть? Мне это просто не по душе».
Эта позиция многих раздражает: мир элитного спорта привык к риторике «всё ради победы». Но как раз в том и уникальность Бублика: он честен с собой и не притворяется человеком-роботом, созданным только для тенниса.
Искусство ломать ракетки: «Если нет души — это просто спектакль»
Одна из визитных карточек Александра — зрелищные эпизоды с разбитыми об корт ракетками. На вопрос, может ли он провести мастер-класс по их уничтожению, он отвечает с фирменной самоиронией и неожиданной глубиной:
«У нас уже была такая идея. Один бренд хотел сделать челлендж. Я сломал на камеру несколько ракеток, но это было настолько неестественно, что мы решили ничего не выкладывать. В этом не было души.
В поломке ракетки должна быть душа».
За этим полуироничным высказыванием скрывается его главный принцип — искренность. Для Бублика внутреннее состояние важнее правильной картинки. Он не играет роль «скандального парня» ради кликов: если эмоции есть — они вырываются наружу, если нет — искусственно создавать бурю он не станет.
Эмоции как часть стиля: почему его поведение так цепляет зрителей
Феномен Бублика — в сочетании таланта и непредсказуемости. Эмоции для него — не просто «срыв», а часть образа мышления на корте. Он может за один гейм выдать гениальный розыгрыш, затем потерять концентрацию, но после очередного всплеска вдруг включиться и перевернуть матч.
Для зрителя это живая человеческая история, а не идеально выверенный сценарий. На фоне поколений стерильно выдрессированных спортсменов, которые в интервью говорят одинаковыми фразами, Бублик выделяется тем, что позволяет себе быть собой.
Да, это иногда мешает — он сам это признаёт. Но именно благодаря такой несглаженной, «шероховатой» манере он и стал одним из самых обсуждаемых игроков тура. Людям хочется видеть не только победы, но и характер, слабости, юмор — всё то, что создаёт личность, а не просто «механизм для результатов».
Взгляд на великих: почему для него номер один — Федерер
Говоря о том, кто для него лучший теннисист в истории, Александр долго думать не стал:
«К сожалению, я не успел сыграть с Роджером. Он уже заканчивал, когда я пришёл. Для меня Роджер — величайший теннисист в истории. Я бы хотел с ним сыграть. Может, на каком-нибудь выставочном турнире когда-нибудь получится».
Выбор в пользу Федерера символичен. Как и сам Александр, швейцарец всегда ассоциировался с лёгкостью и эстетикой на корте, только доведённой до идеала. Для Бублика, который ценит удовольствие от игры и красоту розыгрышей, такой ориентир выглядит логичным: не сухое доминирование, а стиль и харизма.
«Просто играй» как жизненная стратегия
Фраза «Просто играй в корт, делай правильные вещи» — не только совет юниорам, но и концентрат философии самого Бублика. Он не строил детальных карьерных планов, не рисовал на стенах карты с турнирами, не повторял мантру про «мечту стать первой ракеткой мира».
Он шёл шаг за шагом: тренировался, выигрывал, зарабатывал, пробовал новые подходы. И, когда почувствовал, что базовый уровень комфорта достигнут, начал добавлять новые цели — но не позволил им стать единственным смыслом жизни.
В этом — его отличие от многих коллег: результат для него важен, но не важнее собственного характера, удовольствия от процесса и права жить, а не существовать ради статистики.
Почему его слова важны для юных спортсменов и их родителей
История Бублика — контраргумент навязчивой идее, что ребёнок должен с пяти лет жить по режиму профессионала, чтобы «чего-то добиться». Его пример показывает:
— можно тренироваться без фанатизма и всё равно выйти на топ-уровень;
— можно не превращать спорт в культ, сохраняя интерес к жизни вне корта;
— можно оставаться эмоциональным, иногда противоречивым — и всё равно быть успешным.
Для родителей это сигнал: не обязательно «ломать» ребёнка, чтобы сделать из него чемпиона. Гораздо важнее помочь ему не потерять себя в погоне за медалями.
Яркость как ответственность
Парадокс в том, что, отрицая фанатичное отношение к профессии, Бублик всё же стал лицом современного тенниса: его фразы расходятся на цитаты, его поведение обсуждают, его матчи ждут.
Он не позиционирует себя как пример для подражания, но объективно им становится — хотя бы потому, что демонстрирует альтернативную модель успеха: модель, в которой нет необходимости постоянно выдавать образ «идеального спортсмена».
И в этом — ещё один пласт его философии: как бы ни складывалась карьера, он не хочет жертвовать ради неё собственным «я». А если уж ломать — то только ракетку. И только с душой.