В российском фигурном катании много лет казалось очевидным: за большими победами нужно ехать в Москву или Санкт-Петербург. Именно там — самые престижные школы, знаменитые тренеры, идеальные условия и главное внимание федерации. Для одаренных ребят из регионов маршрут выглядел предсказуемо: сначала — вырасти дома, затем как можно раньше перебраться в столичный центр.
На этом фоне Пермь долго оставалась «тихой гаванью» — уважаемой, но не входящей в список безусловных лидеров. Однако за последние годы город неожиданно для многих превратился в один из ключевых центров парного катания в стране. Здесь сформировалась полноценная школа, выстроена собственная система подготовки, а вокруг 39‑летнего наставника Павла Слюсаренко вырос целый профессиональный штаб, который сейчас конкурирует со столичными группами на равных.
Эта история не возникла на пустом месте. Современный пермский рывок — логичное продолжение многолетней работы Валерия и Валентины Тюковых. Именно у них сформировался олимпийский чемпион Максим Траньков, а Пермь задолго до нынешнего бума уже воспринималась как один из главных центров, где «делают» сильные спортивные пары. В лексиконе фигуристов даже закрепилось понятие «пермская школа парного катания» — но долгое время его связывали прежде всего с юниорскими успехами и подготовкой перспективных спортсменов для других, в том числе столичных, групп.
Слюсаренко, сам бывший ученик Тюковых, стал следующим этапом эволюции этой школы. Его работа вывела Пермь из статуса «кузницы кадров» в категорию центра, который не только растит таланты, но и доводит их до мирового уровня. Региональный тренерский штаб перестал быть промежуточной станцией в карьере спортсмена и превратился в точку, где можно вырасти до статуса лидера сборной.
Первый по‑настоящему громкий сигнал всей стране подала пара Аполлинарии Панфиловой и Дмитрия Рылова. Выиграв финал юниорского Гран‑при, чемпионат мира среди юниоров и Юношеские Олимпийские игры‑2020, они доказали, что провинциальная группа способна готовить не просто крепких ребят, а лучших юниоров планеты. Для Перми это было не просто золото, а символический прорыв: стереотип «хотите больших побед — уезжайте в Москву» дал трещину.
Следом подоспело новое поколение. В 2023 году произошло событие, которое внутри фигурного катания называли почти беспрецедентным: весь пьедестал юниорского первенства России в парном катании заняли пермские дуэты — и все они тренировались у Павла Слюсаренко. Чемпионами стали Екатерина Чикмарева и Матвей Янченков, серебро взяли Юлия Артемьева и Алексей Брюханов, бронзу — Елизавета Осокина и Артем Грицаенко. Для одного регионального штаба такой результат — показатель уже не разового выстрела, а выстроенной системы.
При этом Пермь начала привлекать внимание не только медалями, но и тем, как организована работа внутри группы. Если традиционная модель региональной школы часто держится на одном харизматичном наставнике‑энтузиасте, то вокруг Слюсаренко постепенно сформировался полноценный многопрофильный штаб. Это приближает пермскую структуру к лучшим мировым практикам, где одиночное лидерство тренера уступает место распределенной ответственности и командному подходу.
Сам Павел неоднократно подчеркивает: современное парное катание невозможно тянуть в одиночку. Усложнение элементов, необходимость тонкой работы над хореографией, акцент на скольжение, пластике и презентации — все это требует узких специалистов. И главный капитал Перми, по его мнению, — это люди, с которыми он смог выстроить общую систему.
Сегодня в штабе Слюсаренко работают тренеры Егор Закроев, Татьяна Тудвасева, Степан Коротков, хореографы Иван Малафеев и Ксения Васькина. На постоянной основе программы пермским парам ставит московский постановщик Сергей Плишкин. Важная особенность — большинство этих людей Павел знал еще по собственным спортивным годам: они вместе катались, тренировались или сотрудничали в других ролях, а теперь стали единым тренерским механизмом.
«Степан — мой ученик, мы пригласили его из Кемерово. Татьяна Сергеевна тоже одно время тренировалась у меня. А Иван Александрович сначала работал хореографом в одиночном катании, но мы продолжили взаимодействовать и в парах», — рассказывает Слюсаренко, подчеркивая, что его команда сложилась не случайно, а из людей, с которыми у него уже была выстроена профессиональная и человеческая связка.
Особая фигура в этой истории — Егор Закроев. Это не просто помощник, а тренер, с которым у Павла, по его словам, удивительно совпали взгляды на профессию и на то, как должно развиваться парное катание. Их подходы к тренировкам и воспитанию спортсменов оказались настолько близки, что совместная работа стала логичным продолжением давних отношений «тренер — ученик».
Интересно, что сам Егор далеко не сразу согласился на переезд. «Первый раз я отказал. Во второй — попросил время подумать. А когда все‑таки приехал, сразу почувствовал, что это мое место», — вспоминает Слюсаренко. Закроев признается, что долго сомневался из‑за семьи, стабильной работы и уже обустроенной жизни в Красноярске. Его путь в фигурном катании вообще получился извилистым: Ачинск — Пермь — Москва — Красноярск — и снова Пермь, куда он впервые попал еще подростком.
«Тогда Павел Сергеевич только вернулся из шоу, решил окончательно связать жизнь с Пермью. С этого момента началось наше сотрудничество: сначала он был моим тренером, потом мы оба переезжали, искали варианты. Был и этап, когда казалось, что нужно обязательно оставаться в Москве, если хочешь взрослого, мастерского катания», — рассказывает Закроев.
Именно московский опыт позже помог ему сформировать собственный тренерский почерк. Он вспоминает принцип, который взял в качестве профессионального кредо: «Все, что делаешь как спортсмен или тренер, впитывай как губка». Работа в разных школах, знакомство с различными подходами, наблюдение за стилем ведущих специалистов — все это стало базой для его нынешней методики в Перми.
Завершив спортивную карьеру, Егор несколько лет тренировал одиночников в Красноярске, выстраивал собственную группу, постепенно обретая устойчивость и в профессиональном, и в личном плане. «Меня там все устраивало, — говорит он. — И финансово, и с точки зрения быта: семья рядом, понятный круг общения. Поэтому я и тянул с решением: было что терять». Переломный момент наступил, когда ощущение внутреннего спокойствия стало мешать спортивному азарту.
«Я понял, что без команды такого уровня, без большого проекта мне тяжело по‑настоящему гореть, — признается он. — Я из тех людей, кто, если загорается, готов работать круглые сутки, жертвовать временем, отдыхом, здоровьем ради фигурного катания. В какой‑то момент чувство, что я хочу вернуться в большую игру, перевесило все аргументы за стабильность». В итоге Закроев все‑таки принял приглашение и вернулся в Пермь — уже не как спортсмен, а как один из ключевых тренеров парной школы.
Секрет пермского успеха во многом кроется в сочетании преемственности и обновления. С одной стороны, база, заложенная Тюковыми, сохранилась: внимание к технике, акцент на классическом парном наборе — выбросы, твисты, поддержки. С другой — штаб Слюсаренко добавил новый уровень организации, современной хореографии, индивидуального подхода к каждой паре. Здесь не боятся брать постановщиков из других городов, совмещать региональную «семейность» с требованиями топ‑уровня.
Важная часть системы — внутренняя конкуренция. Когда в одной группе одновременно тренируются несколько сильных дуэтов, каждодневные прокаты превращаются в мини‑турниры. Юниоры видят, как рядом прогрессируют их сверстники, пары постарше становятся ориентирами, а тренеры могут гибко комплектовать составы, подбирать партнеров и выстраивать оптимальные траектории развития. Такой «внутриклубный чемпионат» часто оказывается не менее полезным, чем старты официального календаря.
Не стоит забывать и о специфике Перми как города. В отличие от мегаполисов, здесь меньше соблазнов и отвлекающих факторов, а спортивная жизнь более компактна. Для фигуристов это означает стабильный режим, меньше пробок и логистических проблем, более тесный контакт внутри коллектива. Во многих интервью тренеры и спортсмены отмечают: атмосфера «одного большого катка», где все всех знают, помогает чувствовать себя частью команды и снижает психологическое давление.
При этом пермский штаб не замыкается в себе. Они внимательно следят за мировыми тенденциями: адаптируют сложные элементы, оттачивают качество вращений и выбросов, работают над усложнением программ, но не в ущерб катанию. Акцент делается не только на набор баллов, но и на том, чтобы пара выглядела цельной: чтобы партнеры были интересны не только как технические исполнители, но и как артисты льда.
Именно поэтому Пермь все чаще рассматривается не как «лифт» для дальнейшего переезда в столицу, а как полноценная конечная точка карьеры. Здесь уже есть примеры ребят, которые сознательно остаются у Слюсаренко и его штаба, даже получая предложения из других городов. Для многих молодых спортсменов и их родителей сам факт, что из Перми выходят победители юниорских мировых первенств и чемпионы России, стал достаточным аргументом не торопиться менять прописку.
Еще один важный момент — отношение к спортсмену как к личности, а не только к носителю элементов. В пермской группе много внимания уделяют психологическому состоянию, умению переживать неудачи, работать на перспективу. Тренеры не скрывают, что иногда им приходится сознательно «снимать» сложные элементы или пропускать турниры ради долгосрочного результата. Такой подход помогает избежать выгорания и раннего окончания карьеры, что в парном катании, с его травмоопасностью и высоким уровнем стресса, особенно актуально.
Пермский прорыв также обнажил более общий тренд: центры силы в российском фигурном катании постепенно рассредотачиваются. Москва и Санкт‑Петербург по‑прежнему остаются лидерами по количеству групп и объему ресурсов, но региональные школы уже не воспринимаются как «младшие партнеры». Появление сильных штабов, подобных команде Слюсаренко, создает здоровую конкуренцию и расширяет выбор для спортсменов.
В этом смысле феномен Перми — не просто локальная история успеха, а иллюстрация того, как можно выстроить рабочую модель вне столиц. Опора на традиции, создание широкой команды, готовность приглашать специалистов из других городов, умение удерживать своих лидеров и давать им перспективу — все это превращает региональный каток в мощный центр подготовки. И именно такой подход позволяет Перми сегодня уверенно входить в топ российских школ, нарушая прежнюю монополию столицы на большие победы.