Украинская гимнастка Мария Высочанская в недавнем интервью высказалась о ситуации в художественной гимнастике после отстранения российских спортсменок. По ее мнению, отсутствие сборной России заметно изменило расстановку сил и атмосферу в этом виде спорта.
Спортсменка утверждает, что без российских гимнасток соревнования стали восприниматься иначе — в частности, в плане судейства и восприятия результатов. По словам Высочанской, художественная гимнастика «стала более честной и интересной для многих», поскольку, как она считает, исчез фактор доминирования одной страны и связанных с этим дискуссий вокруг оценок.
«Гимнастика стала более честной, интересной для многих. И не скажу, что их там сильно ждут, но они очень много делают, чтобы там все же быть. И очень много делают в информационном плане. Это очень сложно», — заявила 23-летняя спортсменка.
При этом украинка отмечает, что российские гимнастки и их окружение прикладывают значительные усилия, чтобы вернуться на международную арену, в том числе через активную работу в информационном пространстве. По ее словам, борьба за присутствие на крупнейших турнирах сейчас ведется не только на ковре, но и за его пределами.
В том же интервью Высочанская призналась, что соревнования с участием российских и белорусских спортсменок имеют для нее дополнительный психологический оттенок. Она подчеркнула, что морально такие старты даются тяжелее, чем турниры без их участия. Речь, по ее словам, не только о спортивном соперничестве, но и о более широком фоне, который неизбежно отражается на эмоциональном состоянии участников.
Высочанская не стала скрывать, что присутствие представительниц России и Белоруссии на стартах вызывает у нее внутреннее напряжение. По ее словам, это влияет и на подготовку, и на ощущение справедливости происходящего, и на то, как спортсмены воспринимают решения международных структур.
Контекст ее высказываний связан с решением Европейской гимнастики, принятом 28 ноября. Конгресс организации проголосовал за возвращение российских спортсменов к участию в соревнованиях под ее эгидой. Речь идет не только о художественной, но и о спортивной гимнастике, прыжках на батуте, спортивной акробатике и аэробике — всех пяти дисциплинах, которые курирует данная структура.
В голосовании участвовали представители 46 из 50 стран-членов Европейской гимнастики. Делегации России и Белоруссии права голоса не имели. Большинство участников конгресса — 27 государств — высказались за допуск российских и белорусских спортсменов к турнирам организации. Такое решение фактически открыло путь к их поэтапному возвращению на европейскую арену при выполнении определенных условий.
Для многих гимнасток и тренеров из разных стран это решение стало сигналом, что прежний статус-кво может измениться. Одни воспринимают это как шаг к восстановлению конкуренции на привычном уровне, другие — как фактор дополнительного напряжения и возможных конфликтов вокруг допусков и статуса отдельных сборных.
С точки зрения спортивной составляющей, отсутствие российской команды за последние сезоны привело к перераспределению медалей и лидерства на крупнейших турнирах. На первый план вышли гимнастки из стран, которые ранее чаще оставались в тени доминирующих сборных. Это позволило некоторым новым именам засиять ярче, укрепить позиции и почувствовать себя реальными претендентками на высшие награды.
Именно этот аспект, по мнению Высочанской, сделал соревнования «интереснее»: увеличилась непредсказуемость результатов, расширился круг фаворитов, а борьба за пьедестал стала более открытой. Для болельщиков это означает больше интриги, а для самих спортсменок — шанс реализовать свой потенциал в условиях, когда исход турнира не воспринимается как заранее предрешенный.
В то же время нельзя отрицать, что возвращение сильных команд, которые традиционно боролись за медали, объективно повышает уровень конкуренции. Для гимнасток это и вызов, и дополнительная мотивация. Однако, как подчеркивает Высочанская, в нынешних условиях спортивная составляющая неразрывно переплетена с эмоциональной и моральной, что делает ситуацию гораздо сложнее, чем обычное соперничество на ковре.
Еще один важный аспект — отношение тренерского и судейского корпусов к переменам. Изменение состава участников крупных турниров неизбежно влияет на судейскую практику, подходы к оценке программ и даже на тенденции в построении упражнений. Когда ведущая школа на время выпадает из международного поля, стилистические ориентиры частично смещаются, появляются новые «центры влияния» в методике и хореографии.
С началом поэтапного возвращения российских спортсменов часть этих балансов может снова измениться. Это уже сейчас порождает вопросы о том, насколько единообразно и беспристрастно будут оцениваться упражнения представительниц разных стран, не приведет ли это к новым волнам обсуждений и подозрений в предвзятости. Именно поэтому тема «честности» гимнастики, о которой говорит Высочанская, звучит так остро.
Для самих спортсменок подобные дискуссии — дополнительное давление. Они вынуждены не только готовить сложнейшие программы, выдерживать высокий тренировочный объем, но и постоянно реагировать на внешнюю повестку. Любое громкое решение международных организаций, каждое изменение статуса отдельных сборных мгновенно отражается на атмосфере в зале и настроении в командах.
При этом важно понимать: восприятие ситуации у разных гимнасток может кардинально отличаться. Для кого‑то возвращение сильных соперниц — долгожданная возможность сравнить себя с лучшими и доказать свой уровень. Для других — источник тревоги, ощущение несправедливости или даже угрозы. Высочанская открыто демонстрирует именно второй тип реакции, подчеркивая моральную тяжесть соперничества с россиянками и белорусками.
Отдельного внимания заслуживает и информационная составляющая, о которой говорит украинка. Она отмечает, что вокруг темы допуска российских спортсменов развернулась масштабная работа: заявления, комментарии, дискуссии, попытки влиять на общественное мнение и решения спортивных структур. В условиях, когда каждое решение тут же становится предметом глобального обсуждения, границы между спортивной дипломатией, пиаром и реальной подготовкой к стартам практически стираются.
Для развития самой художественной гимнастики такой фон одновременно и риск, и возможность. С одной стороны, повышенное внимание к конфликтам и скандалам отвлекает от чисто спортивной стороны — техники, артистизма, инноваций в композиции. С другой — интерес к виду спорта растет, обсуждение становится шире, а к отдельным турнирам приковано внимание людей, которые раньше за гимнастикой почти не следили.
В этой сложной картине Высочанская выступает как представительница поколения гимнасток, которым приходится строить карьеру в условиях постоянной турбулентности. Ее слова о «более честной и интересной» гимнастике без России отражают не только личную позицию, но и часть настроений в среде спортсменок, чьи страны непосредственно вовлечены в нынешние политические и спортивные конфликты.
Как будет развиваться ситуация дальше, во многом зависит от решений международных федераций, готовности стран находить компромиссы и способности спортивного сообщества отделять соревнования от внешних процессов хотя бы в той степени, чтобы сохранить доверие к результатам. Пока же очевидно одно: художественная гимнастика переживает период серьезной трансформации, и высказывания таких спортсменок, как Мария Высочанская, становятся важной частью публичного диалога о будущем этого вида спорта.